Город без лица или многоликий город?
Однажды коллега, историк по образованию, бросила фразу, которая долго не выходила у меня из головы: «Екатеринбург — город без лица». Сказала это без пренебрежения, скорее с лёгкой усталостью — будто пыталась объяснить, почему город не цепляет так, как, скажем, Петербург или старая Европа.
Прошло много лет, и эта фраза вдруг снова всплыла. Я поймала себя на том, что каждый раз, проходя мимо очередного интересного здания, будто пытаюсь поспорить с ней. Или с собой. И постепенно поняла: может быть, дело в том, что у города нет единственного и неповторимого лица? Может, он просто многолик?
В одном квартале — строгая геометрия конструктивизма, в соседнем — тяжёлая торжественность сталинского ампира, чуть дальше — лёгкие изгибы модерна и спокойная симметрия классицизма. Это не путаница стилей, а слои времени: каждый архитектурный пласт — это отдельный лик города, своя история, свои люди и свои планы-мечты.
Но как разглядеть эти лики? Не спеша. Вглядываясь в детали: в ритм окон, в узор решётки, в форму карниза. Заходя во дворы, где фасады хранят следы десятилетий. Прислушиваясь к тому, как город говорит с нами стенами.
Из этого и возник проект NEOKRAEVED: ищем и разглядываем разные лики Екатеринбурга, чтобы каждый мог найти свой — тот, который отзовётся внутри.